Безрассудное сердце_1 — страница 19

Author: asvfedf  /  Category: Информация

Людей, поступивших к ней на работу и не понимавших этого, очень скоро увольняли. Джонна Ремингтон не выносила дураков. Быстрый, изучающий взгляд, брошенный Джонной на толпу, заставил людей присмиреть. Все до единого поняли, что в ожидании «Охотницы» они забросили свои дела. Но, ощущая вину, они все же не вернулись к работе. Правда, теперь ..

Людей, поступивших к ней на работу и не понимавших этого, очень скоро увольняли. Джонна Ремингтон не выносила дураков. Быстрый, изучающий взгляд, брошенный Джонной на толпу, заставил людей присмиреть. Все до единого поняли, что в ожидании «Охотницы» они забросили свои дела. Но, ощущая вину, они все же не вернулись к работе. Правда, теперь им стало как-то неуютно. Кое-кто пытался ответить Джонне таким же пристальным взглядом — в жалкой попытке бросить вызов. Она словно не видела этого. Над причалом пронесся очередной порыв ветра.

Джонна почувствовала, как поля ее шляпы снова завернулись назад и пурпурный атласный узел опять стянул ей горло. На этот раз она не стала придерживать шляпу, а развязала ленты. Ветер немедленно попытался вырвать шляпу у девушки, и Джонне с трудом удалось удержать ее в руке. Она держала шляпу, прижав ее к груди, и соленые брызги обжигали ее открытое лицо и хлестали по волосам. В то утро у нее не хватило терпения уложить волосы модными локонами. Она велела горничной просто зачесать их назад и уложить пучком.

Ветер быстро разрушил всю работу горничной: шпильки, удерживавшие волосы, выпали, блестящие черные пряди рассыпались, и ветер отбросил их назад. Они развевались у Джонны за спиной, струясь в невидимых до сих пор потоках воздуха. Девушке очень хотелось посмотреть, что творится позади нее. Заметил ли кто-нибудь, что произошло, или все увлечены ожиданием? С необычным для нее женским тщеславием она задумалась: какой из этих двух вариантов оскорбительнее? Однако она подавила желание оглянуться и крепче сжала в руках свою шляпу. Дело не в том, что она не привыкла быть в центре внимания. К этому она как раз привыкла. Джонна на своем опыте убедилась, что вовсе не всегда за вниманием кроется что-то лестное. Первое, что обычно поражало в ней, — ее рост. Ей не хватало всего трех дюймов до шести футов. Она была выше, чем все известные ей женщины. Если люди не отпускали замечаний насчет ее роста — а почему, думала девушка, они считают, что у них есть право на это, да еще полагают, что ей приятно выслушивать их, — то они говорили о ее глазах. «Ах, дорогая, они же фиолетового цвета!